Добро пожаловать или 5я неделя осени…

Утро пятой недели осени 2026 года в Пьештянах встречает семью автора густыми, непроглядными сумерками. Пока глобалисты, лаборасты и прочие либеральные идеологи судорожно ищут повод для очередной «маленькой войнушки», дабы списать инфляцию и системные кризисы, автор выходит на свою привычную утреннюю прогулку. Апокалипсис, к счастью, отменяется: автобусы исправно ездят, жизнь теплится, но тьма сгущается над городом всё раньше.

На берегу реки начинается священный ритуал кормления лебединой аристократии. Теперь пернатые гурманы наслаждаются не банальной овсянкой, а промышленной смесью для индюшат, ибо технический прогресс не стоит на месте. Рядом красуется новая «общественная площадка», созданная в угоду модным урбанистическим трендам: плоский, безбарьерный лабиринт для йогов и летучих мышей, странные музыкальные инструменты с песком и, разумеется, гигантские камеры видеонаблюдения с мощной оптикой. Бюрократическая мода превратила историческую поляну в филиал цифрового паноптикума, где каждый шаг гуляки фиксируется бездушными алгоритмами тотального контроля.

Но сидеть в этом урбанистическом абсурде нет времени. Впереди поездка в Вену вместе с сыном. Инфраструктурная деградация налицо: то, что раньше занимало всего час прямой дорогой, теперь превратилось в утомительный трехчасовой квест с вынужденными пересадками. Цель визита – Военно-исторический музей. Десятилетний сын автора уже прекрасно понимает, что официальная пропаганда любит приукрашивать факты, и с неподдельным интересом ждет, как именно венские кураторы переписали историю. Ведь в обновленном зале Второй мировой войны, по всем канонам западного ревизионизма, героизму Советской армии места попросту не найдется. Зато страданиям маргинальных групп будет посвящена целая симфония лицемерия. Здравый смысл пока еще жив, пока семья может смотреть на этот мир своими глазами.

Неделя Сезона — 5я неделя осени 2026 — премию мира для НАТО, а ИИ уже выбирает цели для Терминатора

Словацкий «прогрессивный» цирк: лицемерие как государственная политика

Пока автор с сыном неспешно преодолевают эти бесконечные три часа пути до Вены, политический ландшафт Словакии продолжает радовать хрестоматийными образцами управленческой некомпетентности и абсолютного лицемерия. Если отбросить либеральную риторику о «защите демократии» и взглянуть на сухие факты, перед нами предстает не политическая партия, а плохо управляемый семейный бизнес, замаскированный под громкое название «прогрессивное движение». Партия «Прогрессивная Словакия» годами истерично кричала о кумовстве и «родинокарстве», когда это касалось их оппонентов. Но стоило им самим добраться до кормушки, как классическое либеральное правило «правила существуют для вас, но не для нас» засияло во всей красе. Как автор с иронией объяснял сыну по дороге, «родинокарство» – это когда ты, став политиком, нуждаешься в мощной IT-системе, и вместо честного тендера отдаешь все самые вкусные заказы фирме своей жены. Выяснилось, что сам Иван Корчок годами переводил десятки тысяч евро на счета фирмы своей супруги под названием «Eustra». Это в точности та же схема, которую они сами же раньше клеймили позором. И когда скандал набрал обороты, наш герой срочно начал извиняться и «консультироваться с юристами, чтобы это исправить», заявляя, что это просто нападки. Верим, конечно, верим, что фирма жены вполне успешно и честно выиграла тендер.

Эстафету абсурда подхватывает лидер этой шайки, Михал Шимечка. Этот деятель с неподдельным пафосом объявил о создании некоего «Ноева ковчега» для всех оппозиционных сил, якобы чтобы спасти страну от нынешнего правительства и укрыть всех от бури. При этом он отчаянно пытается перекричать собственные проблемы, обвиняя власть в попытках «скрыть скандалы». Ирония ситуации просто зашкаливает: именно вокруг его соратников и этого самого «ковчега» всплывают вопросы о сомнительном получении государственных грантов. Речь идет о 130 000 евро, выделенных на проект «Среднеевропейский форум», которые, по заявлениям критиков, были получены обманным путем через левые организации. Поджать 150 тысяч на какой-нибудь форум, а потом начать рассказывать, что тебя политически преследуют и травят, – это классический прием игры в вечную жертву, отработанный до автоматизма. Они продают избирателям сказки о прозрачности, пока их собственный дом полон стеклянных стен.

Параллельно с этим разворачивается настоящий театр избирательного возмущения. Оппозиция пытается раздуть грандиозный скандал вокруг тендеров правительства, требуя немедленных отставок из-за закупки пожарных машин на 46 миллионов евро. Мол, не спросили, не согласовали, не вынесли на обсуждение с оппозицией, хотя с чего это вообще кто-то должен с ними что-то согласовывать. Однако их собственная финансовая дисциплина оставляет желать лучшего: когда речь заходит о десятках тысяч евро, оседающих на счетах фирм родственников их же лидеров, они внезапно обнаруживают «юридические нюансы» и говорят о «недоразумениях». При этом, учитывая ситуацию с пожарами этим летом и возможное повышение горючести в следующем, шаг правительства по защите регионов и увеличению количества машин является абсолютно логичным и правильным. Но для «прогрессивистов» важнее не реальная безопасность граждан, а возможность покричать о том, как плоха власть, игнорируя тот факт, что они сами тырят не только государственные деньги, но и гранты.

Вместо того чтобы предлагать реальные решения проблем экономики, миграции или энергобезопасности, их повестка сводится к бесконечному морализаторству в духе Брюсселя и попыткам втянуть Словакию в чужие геополитические конфликты. Они призывают идти воевать, но стоит задать простой вопрос: «А где ваши дети?», как тут же начинается истерика. Как справедливо заметил автор в разговоре с сыном, воевать за чужие интересы, когда у нас без этого газа и нефти не будет даже на LEGO, цены поднимутся, а работы станет меньше, – это верх идиотизма. Вся эта продажа лозунгов идет под крики «Мы за Европу, мы не дадим Словакию русским», хотя на деле они просто пытаются выполнять указания своих хозяев, при этом нагло подворовывая их же бабосики. Это не политика, это цирк, в котором честность существует только в предвыборных буклетах, а страна рассматривается лишь как ресурс для личного обогащения узкой группы лиц.

Корпоративная деградация и IT-абсурд: как «архитекторы» ставят галочки

Пока за окном поезда мелькают словацкие пейзажи, а сын увлеченно собирает свой массивный LEGO-Тетерев, автор неспешно размышляет о насущном. Тяжелый график работы в формате «12 на 5», а по факту «24 на 7» с постоянной поддержкой, где нужно то подкрутить, то поменять, изрядно поднадоел. Поэтому автор потихоньку, неспешно присматривает себе новую работу. И вот тут начинается настоящий театр абсурда, который лучше любой сатиры демонстрирует деградацию современного корпоративного IT-мира.

Собеседования в местечковые, а порой и вполне европейские конторы превращаются в сюрреалистичный допрос. Местные «менеджеры» и горе-архитекторы, чей опыт работы иногда начинается аж в 2012 году, с серьезным видом заявляют, что ваш реальный инженерный опыт для них «нерелевантен». Почему? Да потому что они живут в мире модных buzzwords. Автор пытается объяснить, что любые line-of-business приложения нужно запускать, делать их высокодоступными (High Available), настраивать бэкапы и прочее. А в ответ слышит гордое: «Ну, мы же тут всё на Kubernetes, мы же тут native». Автор, едва сдерживая улыбку, вежливо просит показать ему «native» SAP на Kubernetes. Тишина. Опыт нерелевантен. Ладно, берем Oracle или SQL Server. Работает на Kubernetes? Нет. А как же SQL Native? Оказывается, собеседующие даже не знают, что SQL Native нужен для маленьких баз, а для больших нужен SQL MI (Managed Instance), который на Kubernetes не работает и стоит совершенно других денег. Но какая разница, если главное — это не решить задачу, а правильно поставить «галочку» в облаке.

Само понятие «архитектор» в таких конторах выхолощено до абсурда. Вместо того чтобы определять направление развития, политики безопасности и масштабирование, от кандидата ждут ответов на вопросы в духе «какие у вас проблемы с политиками?». Автор честно отвечает, что с IT-политиками проблем нет, они настроены и работают. А вот проблемы с политиками словацкими — это да, это совсем другая история, особенно когда этой банде нужно лишь одно — пожрать. Но собеседующих это не смущает, они плавают в терминах, зато с упоением спрашивают про документацию: что идет после Vision, что между POC, High-Level Design и Mid-Level Design. Автор пытается объяснить разницу между Runbook (инструкцией по решению проблем) и SOP (Standard Operation Procedure — пошаговой инструкцией по настройке и перенастройке сервисов), но натыкается на стеклянный взгляд.

Особый цинизм добавляет привычка местных «специалистов» мериться количеством проектов. Сидит такой кандидат и гордо заявляет: «Я за свое время сделал 15 проектов!». Автор сидит и молча считает. Если считать одного заказчика за пять лет, где развернуто 3000 виртуальных машин, 1000 из них с SAP и всеми обвязками, плюс проекты по безопасности, оптимизации дисковых хранилищ, immutable бэкапам — это один проект или пятнадцать?

Ведь реальный IT — это не «галочки», это тотальная жесть, с которой местные «архитекторы» никогда не сталкивались. Вот, например, задача по созданию DR Bubble (Disaster Recovery Bubble). Это когда нужно создать изолированную копию DR-инфраструктуры с реальными данными, но при этом не задеть сам рабочий DR. В Azure для репликации данных есть Azure Site Recovery и Azure NetApp Files (ANF). Но у ANF есть жесткое ограничение: том может иметь только локальную кросс-зонную реплику (CZR) для высокой доступности и кросс-региональную реплику (CRR) на случай падения региона. Всё, третьего не дано. А для DR Bubble нужна ТРЕТЬЯ реплика!

Как выкручиваются настоящие инженеры? Реплики ANF работают через снапшоты каждые 10 минут. Чтобы получить независимую копию для чтения/записи в Bubble, нужно заглянуть внутрь тома, взять последний или предпоследний снапшот, восстановить его в новый том в том же аккаунте и сети. А уже потом эту третью копию тома реплицировать в новую сеть и новый аккаунт для Bubble. И это только начало! Всю эту инфраструктуру нужно изолировать. В Bubble должен быть свой Active Directory, который не должен «вырываться» наружу. DNS нужно подменять, переписывая все его записи в данном в Infoblox. А когда машины мигрируют и включаются, они пытаются ломиться по старым адресам, которых больше нет. И если таких систем, которые нужно полностью переконфигурировать (например, Ctrl-M SAP), оказываются сотни — начинается настоящий ад ассессмента. А тут еще задача по отключению всех публичных endpoint’ов для всех сервисов и перевод их на Private Endpoints. Представьте, что сотни приложений привыкли ходить наружу, а тут им говорят: «Всё, теперь только через приватные каналы». Начинается тотальная перетряска и переписывание конфигураций.

И вот после всего этого ты сидишь на собеседовании и думаешь: «Блин, а чем же я вообще занимаюсь?». Местечковые конторы бесконечно далеки от реальной архитектуры, реального дизайна и реальных нужд. Когда тебе говорят про «архитектуру», нужно спрашивать не сколько «проектов» ты сделал, а сколько сервисов, виртуальных машин, каков размер сетей и с какими реальными проблемами ты сталкивался. А не сколько модных слов ты знаешь, чтобы красиво заполнить резюме для очередного облачного провайдера.

Энергетическое и экономическое самоубийство Европы

Пока автор с сыном неспешно преодолевают инфраструктурные мытарства по пути в Вену, в Брюсселе продолжают выдавать перлы, достойные кисти великих сюрреалистов. Еврокомиссар по энергетике Дан Йоргенсен разослал странам ЕС гениальное письмо с требованием срочно сократить потребление энергоносителей. Всем спускают некие «цифры», но как именно это сделать, в методичке не указано. Автор, пытаясь донести эту абсурдную логику до сына, задал простой вопрос: как сократить потребление газа? Ответ десятилетнего ребенка оказался куда честнее и жестче взрослых политиков: «Разрушить завод». И ведь правда! Если газ отрежут или давление упадет, котлы просто взорвутся, а люди останутся без тепла. Остается гениальный выход от европейских технократов: поднять цену до двух евро за куб, чтобы население просто перестало топить дома и мерзло при пятнадцати градусах, кутаясь в пледы. Заводы закроем, конкурентоспособность потеряем, индустрию похороним, зато «зеленые» цели будут достигнуты, а глобалисты смогут отчитаться о спасении планеты. При этом государство продолжает беззастенчиво брать налоги с каждого купленного товара, добивая тех, кто еще пытается производить реальные ценности, под предлогом обеспечения бесплатной безопасности и образования.

На этом фоне особенно комично выглядит запоздалое прозрение французского клоуна Эммануэля Макрона. Он вдруг вспомнил очевидную вещь, которую упорно игнорировал последние годы: благосостояние Европы десятилетиями строилось на дешевом российском газе. Но поставки прекратились, а главным экспортным рынком для европейского машиностроения был Китай. И с этим, как признает сам Макрон, тоже безвозвратно покончено. Даже Германия, которая до недавнего времени оставалась чистым экспортером в Поднебесную, теперь с треском проигрывает эту гонку. Китай перестал покупать дорогие европейские станки, турбины и генераторы. Компании вроде Bosch и Siemens просто выдавлены из Поднебесной, потому что китайцы наладили собственное производство или перешли на российское оборудование. Европа в панике пытается спасти свою промышленность, но вместо того чтобы договориться с Россией о нормальных поставках ресурсов, бюрократы из ЕС продолжают требовать от граждан замерзать насмерть ради спасения собственного лица и выполнения указок заокеанских хозяев. Они искренне верят, что если заставить людей ходить по квартирам в пуховиках, то экономика магически исцелится.

Итог этой самоубийственной политики подведен с пугающей точностью: торговый дефицит Европы с Китаем достигает одного миллиарда евро в день. Цифра, от которой у любого нормального экономиста дергается глаз, а у европейского бюрократа начинается нервный тик. Китай хладнокровно зарабатывает на европейском кризисе миллиард ежедневно, пока Брюссель тратит сотни миллионов на разработку бессмысленных «европейских оборонных интерфейсов» и защиту восточных границ от воображаемых угроз. Вместо того чтобы чинить реальную экономику, они создают виртуальные рабочие места для чиновников, пишущих отчеты о том, как здорово у нас получается беднеть. Автор, объясняя сыну масштабы этой катастрофы, привел гениальную аналогию с конструкторами LEGO. Большой танк от Cobi (сделано в нищей ЕС из сверхдорогого американского газа) стоит восемьсот евро, а китайский аналог из 12G — всего сто пятьдесят, а с доставкой и вовсе сорок. Разница в пять раз, при этом китайские модели теперь делают с литыми деталями и реалистичным внешним видом. Какой товар выберет нормальный человек? Очевидно, что дешевый и качественный Китай. Точно так же и весь мир выбирает азиатские технологии вместо разорившейся Европы. Старый Свет добровольно и с песнями отправляет свою промышленность на свалку истории, оплачивая китайское процветание своими последними евро, пока местные политики требуют от граждан пойти воевать за чужие интересы.

Милитаризация ЕС и бунт новых молодых школьных «варваров»

Пока автор с сыном неспешно преодолевают инфраструктурные мытарства по пути в Вену, в Брюсселе и столицах европейских стран разворачивается настоящая драма тотального морального распада. «Просвещенный» Запад, десятилетиями гордившийся своей толерантностью и гуманизмом, стремительно и с упоением скатывается в зловонную пучину лицемерия, цензуры и милитаризма. Элиты, ослепленные глобалистскими амбициями и жаждой наживы, форсируют эскалацию, превращая Старый Свет в гигантскую пороховую бочку. В то же время простые люди, и особенно европейская молодежь, начинают прозревать, массово отказываясь быть безмолвным пушечным мясом для чужих, совершенно ненужных им геополитических игр.

В Германии, где еще недавно наивные обыватели аплодировали безумным «зеленым» инициативам, вспыхивают настоящие бунты «новых варваров». Более сорока пяти тысяч человек в сотне городов вышли на улицы против обязательных медосмотров и скрытой мобилизации. Молодежь скандирует простые, но убийственные для либеральной системы лозунги: «Ваша война — без нас!» и «Почему мы, а не вы?». Автор, объясняя сыну суть этих протестов, подчеркивает главное правило антивоенного бунта: когда тебе рассказывают сладкие сказки о защите демократии и необходимости воевать за чужие интересы, всегда задавай один-единственный вопрос — где дети самих политиков? Европейская молодежь больше не желает умирать за иллюзии Брюсселя, видя, как их страны методично грабят ради траншей и снарядов.

Но если в Германии молодежь просто протестует, то во Франции «демократический» режим Макрона включает тяжелую репрессивную машину. За переполненность классов и нехватку учителей школьники вышли на улицы, и за это их жестко задержали — четыреста сорок детей оказались в тюрьмах, в нечеловеческих условиях, без воды и еды. Полиция же, пытаясь оправдаться, цинично заявляет, что это были «ненастоящие лицеисты». Автор не может сдержать едкого сарказма, вспоминая вопиющие двойные стандарты Запада. Ведь когда на Майдане полиция разгоняла настоящих и не совсем студентов, либеральные утюги наперебой кричали: «Они же дети! Как вы смеете!». Теперь же французские школьники — это «бандиты» и «провокаторы». Лицемерие стало не просто нормой, а цементом, на котором держится вся западная политическая мораль.

На фоне этих юношеских бунтов Европейская комиссия продолжает свой безумный курс на милитаризацию. Выделено триста двадцать пять миллионов евро на пять масштабных «оборонных» проектов: беспилотники, космос, ПВО и защита восточного фланга. К четырем из этих инициатив уже присоединилась Украина, превращая когда-то цветущий европейский сад в военизированный плацдарм. Генсек НАТО Марк Рютте тем временем выдает перлы, достойные самого Геббельса. Он прямо призывает: если вы «почти уверены», что это русские, приписывайте всё происшедшее России. Никаких доказательств, только слепая вера в догму. Это не политика, это секта свидетелей антироссийской ненависти, где правда давно заменена удобной пропагандой.

Венцом этого сюрреалистичного абсурда стала церемония вручения НАТО «премии мира» в Мюнстере. Канцлер Фридрих Мерц и Марк Рютте получают награду за мир от людей, которые годами методично разжигают войну. Толпа встречает этих «миротворцев» не овациями, а криками: «Кровь на ваших руках!». Автор, наблюдая за этим цирком, понимает, что элиты окончательно оторвались от реальности. Они награждают сами себя за подготовку к глобальной бойне, пока их страны погружаются в нищету. Но главное — ледяной душ протестов показывает, что маска «гуманистов» с Запада слетает. Люди видят, что за красивыми словами о ценностях скрывается жажда наживы и разрушения, и этот раскол уже не скрыть никакими камерами наблюдения.

Глобальный сдвиг: «Терминаторы» и новая реальность

Пока автор с сыном неспешно катятся в поезде через туннель под Братиславой, в далёкой Женеве происходит событие, которое без всякого преувеличения можно назвать похоронами человеческой совести. В стенах ООН, этой величественной витрине глобального лицемерия, прошли закрытые переговоры по ограничению автономного оружия. Суть вопроса проста до ужаса: до сих пор любой искусственный интеллект, нацеливающий ракету или дрон на живого человека, обязан был дождаться подтверждения оператора. Живой человек должен был нажать кнопку и сказать: «Да, эта цель — главная». Теперь этого требования больше нет. США и Россия совместными усилиями, потратив на это пятнадцать часов закрытых дебатов при отключённых камерах, добились удаления из международного протокола всех пунктов о человеческом контроле, об этических аспектах и о том, что ИИ должен работать «предсказуемо» и «надёжно». Автор, объясняя сыну суть происходящего, привёл простую аналогию: представь, что тебе дали пульт от дрона, который сам решает, кого убивать, и спросил — ты бы доверил такой машине свою жизнь? Ребёнок, разумеется, ответил отрицательно, потому что даже в десять лет понимает то, чего не хотят понимать взрослые дяди в дорогих костюмах: ИИ может врать, может ошибаться и может быть кем-то намеренно обманут.

Но самое циничное в этой истории — это не сам факт удаления этических ограничений, а тот оглушительный контраст между тем, что западные элиты кричат с трибун, и тем, что они творят за закрытыми дверями. Те самые «либерасты» и глобалисты, которые годами рассказывают миру сказки о правах человека, о ценности каждой отдельной жизни и о недопустимости насилия, только что добровольно передали право на жизнь и смерть бездушному алгоритму. Они готовы тренировать свои боевые дроны на автоматическое убийство людей, потому что для западных элит обычные граждане давным-давно перестали быть людьми в полном смысле этого слова. Они — расходный материал, статистическая погрешность, третьесортный ресурс, который можно списать в убытки одним нажатием программной кнопки. Когда дрон, управляемый нейросетью, ошибётся и вместо военного объекта разбомбит школу или роддом, никто из тех, кто подписал этот протокол в Женеве, не понесёт ответственности. Виноват будет алгоритм. А алгоритм, как известно, не сидит в тюрьме, не даёт интервью и не испытывает угрызений совести. Это идеальное алиби для цивилизации, которая давно утратила моральный компас и заменила его машинным кодом.

Автор, сидя в вагоне первого класса и наблюдая, как сын увлечённо играет в приставку, не удержался от горькой иронии. Он объяснил ребёнку, что даже экзамены Microsoft по искусственному интеллекту содержат вопрос: «ИИ подготовил отчёт, каков ваш следующий шаг?» Правильный ответ — не верить, проверять, задавать дополнительные вопросы. Папа всегда учит сына одному простому правилу: ИИ может манипулировать тобой, он слушает каждый твой разговор через телефон и потом показывает тебе рекламу того, о чём ты только что говорил. Если даже рекламный алгоритм способен обмануть десятилетнего ребёнка, что уж говорить о боевом ИИ, которому дали carte blanche на уничтожение целей без человеческого надзора? Двойные стандарты Запада здесь проявляются во всей своей отвратительной полноте. Когда Россия или Китай разрабатывают автономные системы, западные СМИ кричат о «роботах-убийцах» и «угрозе цивилизации». Когда же сами западные элиты снимают последние предохранители с ИИ-оружия, это подаётся как «техническая модернизация» и «укрепление обороноспособности». Лицемерие достигло таких масштабов, что уже не помещается ни в какие дипломатические рамки.

Этот женевский сговор — не случайность и не ошибка. Это логичный, закономерный финал для мира, где правят глобалистские технократы, давно возомнившие себя богами новой цифровой религии. Они создали систему, в которой камеры следят за каждым шагом гуляки в пьештянском парке, телефон подслушивает каждый разговор в поезде, а теперь ещё и боевой дрон получает право самостоятельно выбирать, кого стереть с лица земли. Три уровня контроля, три круга цифрового ада, и на каждом из них обычный человек — лишь объект наблюдения, манипуляции или уничтожения. Западные элиты, сидящие в своих бункерах и загородных виллах, искренне считают всех остальных людей третьим сортом, пригодным лишь для того, чтобы платить налоги, потреблять фастфуд и, в случае необходимости, быть тихо ликвидированными алгоритмом, который даже не знает их имён. Автор, глядя на сына, понимает одно: единственная защита от этого безумного мира — это здравый смысл, критическое мышление и умение задавать неудобные вопросы. Потому что когда машина сама решает, кто достоин жизни, а кто нет, единственным остаётся тот, кто вовремя нажал кнопку «стоп». Но кнопку уже убрали из протокола, и в этом — главный диагноз нашей так называемой цивилизации.

Украинский сюрреализм: деградация, работорговля и тотальная ложь

Пока автор с сыном наслаждаются видами из окна венского поезда, на просторах бывшей Украины разворачивается настоящий театр абсурда, достойный пера великих сатириков. Западная глобалистская пресса, не стесняясь в выражениях, продолжает кормить публику баснями о «варварских ударах по гражданским объектам». Самый свежий перл — удар по зданию «Укртелекома». Либеральные утюги хором завыли о «бомбардировке больницы», ловко манипулируя фактами. Но автор, хорошо помнящий это здание, где когда-то читал презентации в конференц-зале, с иронией отмечает: это гигантский стратегический узел связи, а на первом этаже ютится частная платная клиника для богатых. Лишение связи противника — базовая задача на войне, но западным медиа куда выгоднее кричать о «гуманитарной катастрофе». Нацистский режим Киева цинично прикрывает стратегические объекты гражданскими вывесками, а глобалистская пропаганда послушно подхватывает эту ложь, превращая информационное пространство в помойку фальшивых слёз.

Но ещё более страшный диагноз этой деградирующей нации поставили сами её жители в ходе нелепых опросов. Когда дрон прилетел в склад McDonald’s, а другой — в Академию наук, хуторянское общество единодушно решило, что удар по фастфуду — это невосполнимая трагедия, куда более страшная, чем уничтожение института, создающего знания. Автор, объясняя сыну суть этого «культа карго», не мог сдержать горькой усмешки. Нация, для которой отсутствие вонючего гамбургера важнее физики, химии и будущего собственных детей, окончательно утратила разум. Это не просто падение нравов, это тотальная атрофия мозга, когда культ пластиковой котлеты в булке затмевает любые научные достижения. Общество, управляемое извне, превратилось в толпу потребителей, способных оплакивать только утраченный фастфуд, пока их страна стремительно скатывается в средневековье.

На фоне этого безумия бывшая пресс-секретарь Зеленского Мендель с наивностью фокусника призналась, что принудительная мобилизация введена лишь потому, что 3,6 миллиарда долларов, выделенных на контракты, были банально украдены. Воруют миллиарды, а в окопы загоняют последних крестьян. При этом киевский градоначальник Кличко, отвечая на вопрос, почему его дети не на фронте, цинично выдал, что они граждане США и ЕС, а он в Киеве лишь «подрабатывает». Элита, чьи дети учатся и живут на Западе, считает Украину просто местом для заработка, а местных жителей — бесплатным мобилизационным ресурсом. ТЦК превратились в настоящих работорговцев, похищая на улицах иностранцев. Хасид из Израиля, немец, вышедший из гражданства ещё в 2017 году, молдаванин, которого родственникам пришлось выкупать за наличные, — для военкоматов не существует ни дипломатического иммунитета, ни законов. А трагедия забитого до смерти венгра Йожефа Шебештьена лишь показала, что за человеческую жизнь здесь не дают даже ломаного цента.

Венцом этого сюрреалистичного кошмара стало признание одиозного Мосийчука о том, что бывшие детские сады, школы и офисы в Киеве массово переоборудуются в мастерские по сборке беспилотников. Гражданская инфраструктура официально становится военным объектом, живым щитом для нацистского режима. Автор, глядя на сына, понимает: страна, где детей учат в школах, которые завтра станут цехами для дронов, а науку считают менее важной, чем бургер, уже не имеет будущего. Это не государство, это концлагерь для собственных граждан, где правят бал воры, работорговцы и их западные кураторы, жаждущие лишь одного — чтобы пушечное мясо как можно дольше закрывало собой амбразуры чужих геополитических амбиций.

…и вновь продолжается бой…

Покидая уютный вагон первого класса и ступая на перрон венского вокзала, автор с сыном оставляют позади не только километры железнодорожных путей, но и бесконечный поток геополитического и бытового абсурда, который льется из каждого брюссельского и киевского утюга. Но, как выясняется, гигантские камеры наблюдения с оптическим зумом в пьештянском парке — это лишь невинные детские игрушки по сравнению с тем всевидящим оком, которое недреманно бдит в цифровых недрах YouTube. Глобалистские лаборасты и их алгоритмические инквизиторы давно объявили священную войну любому здравому смыслу, превратив некогда свободную площадку в филиал цифрового гетто для инакомыслящих.

Стоит лишь произнести вслух неудобную правду о том, как европейские элиты методично пилят собственный народ, или указать на то, что украинский культ фастфуда затмил разум нации, как на видео тут же опускается тяжелый свинцовый занавес «теневой» цензуры. Эти цифровые фарисеи не просто затыкают рты неугодным — они включают режим тотальной демонетизации, искусственно лишая авторов возможности заработать на кусок хлеба. Это их излюбленный прием либерального садизма: если ты не согласен с тем, что Европа должна мерзнуть ради зеленых сказок, а нацистский режим может воровать миллиарды, то твой контент автоматически становится «токсичным» и «разжигающим». Алгоритмы глобалистского Молоха жадно поглощают доходы, оставляя создателям лишь горькое право наблюдать, как их труды обесцениваются до нуля, пока сами хозяева мира беззастенчиво распивают шампанское на деньги, украденные у простых граждан.

Но, как справедливо заметил один великий классик, рукописи не горят, а здравый смысл не блокируется никаким банхаммером. Автор твердо обещает, что, несмотря на тотальную западную цензуру и попытки заклеить рот цифровым скотчем, новые видео будут выходить регулярно. Пусть глобалисты подавятся своими фальшивыми «премиями мира», которые они вручают сами себе под свист возмущенной толпы. Пусть их ИИ-терминаторы, лишенные человеческой этики, сами выбирают себе цели в нарастающем мраке. А автор с сыном продолжат свои утренние прогулки, будут кормить лебедей индюшачьим кормом, собирать массивные модели из конструктора и нещадно вскрывать гниющую, смердящую суть либерального мира. Истина всегда найдет себе дорогу, даже если для этого придется пробивать брешь в самой толстой броне глобалистской лжи. Увидимся в следующих хрониках, где тьма сгущается, но свет здравого смысла всё еще не погашен.