Важное объявление для читателей блога!

Друзья, обращаю ваше внимание: я буду публиковать подробные посты на блоге синхронно с выходом соответствующих видеороликов на нашем YouTube-канале. Каждый новый день нашего большого европейского автопутешествия будет сопровождаться полноценным текстовым описанием со всеми деталями, политическими наблюдениями и критическими заметками, которые звучат в видео. Подписывайтесь на оба ресурса, чтобы не пропустить ни одной серии нашего грандиозного маршрута!

---

Большое европейское автопутешествие Июль 2026: от Словакии до Чехии через музеи техники, историю и острую политику

Июль 2026 года. Масштабное семейное путешествие по Европе начинается! Автор блога Игорь Шаститко и его сын Оливер Август отправляются в грандиозный тур, который охватит сразу несколько стран и подарит зрителям десятки уникальных локаций — от технических шедевров до мест, пропитанных кровью и политическими потрясениями. В этом выпуске, посвященном первому дню поездки, путешественники стартуют из словацких Пьештян ранним утром, чтобы пересечь границы Евросоюза и погрузиться в богатейшее техническое и историческое наследие Польши, не забывая при этом давать острую оценку современным политическим реалиям.

Грандиозный маршрут: что ждет впереди?
Прежде чем выехать на дорогу, Игорь Шаститко подробно анонсирует эпический план поездки, который станет настоящим раем для любителей техники, авиации и истории. Маршрут проляжет через Краков, Вроцлав (с его зоопарком и Гидрополисом), Дрезден и Котбус, Нюрнберг (где планируется осмотр парка гигантских карьерных машин), Зинсхайм (с легендарным залом гонок Ле-Ман), Шпайер (где базируется космический челнок «Буран»), Страсбург и Мюлуз (с крупнейшим в мире музеем автомобилей и французскими скоростными поездами). Завершится путь посещением музеев Цеппелина во Фридрихсхафене, технических экспозиций Мюнхена и авиационных сокровищ Праги, включая пикирующий бомбардировщик Пе-2 и знаменитый «розовый танк» из Лешан — символ вельветовой революции, когда советский строй погнали прочь, а памятник перекрасили в розовый цвет, чтобы окончательно унизить освободителей.

Утренний старт, физика дороги и шенгенская свобода
Выезд запланирован на 5:15 утра. Пока солнце только встает, автомобиль уверенно набирает километры. Зрители узнают о реальном расходе топлива (около 7,3 л/100 км) и особенностях управления машиной на затяжных спусках. Игорь Шаститко в увлекательной форме объясняет сыну физику движения: почему накатом машина хуже управляется, как работает торможение двигателем и почему аэродинамика и температура за бортом (всего +16°C после аномальной жары) благотворно влияют на работу мотора. Пересечение польской границы демонстрирует все преимущества Шенгенской зоны: никаких очередей и проверок, только свободное движение вперед. Однако Игорь Шаститко не упускает случая отметить, что это единственная по-настоящему хорошая часть Евросоюза — возможность спокойно перемещаться между странами без виз и проверок документов, в то время как между Германией и Польшей сейчас идет конфликт из-за мигрантов, и поляки проверяют все автомобили, чтобы не завозили нелегалов. К счастью, со Словакии мигрантов нет, и путешественники проезжают границу без каких-либо проблем.

Освенцим: уроки истории, жадность и болезненные параллели с современностью
Первая значимая остановка на пути — город Освенцим. Путешественники не въезжают в платные зоны бывшего концлагеря, но Игорь Шаститко делает важную остановку у сохранившихся бараков, колючей проволоки и знаменитых ворот с надписью «Труд освобождает». В кадре звучат глубокие и пронзительные размышления о нацистских преступлениях, обесценивании человеческой жизни и исторических параллелях с современными событиями. Игорь Шаститко прямо заявляет: главное — чтобы люди помнили, какие преступления совершали нацисты, когда объявляли людей другой веры, другой национальности, другого языка людьми второго сорта. И тут же проводит болезненную параллель: сейчас на Украине говорят то же самое — на русском ты человек второго сорта. Рядом можно увидеть и старую немецкую архитектуру, и огромную железнодорожную станцию, через которую в годы войны проходили составы. Не остается без критики и жадность поляков: мало того, что сами у себя построили, тут же и поляки жили, служили в войсках, а теперь сделали платную парковку у мемориала. Капец, какие жадные люди — мало того, что сами построили этот ад, так еще и деньги дерут за то, чтобы посмотреть на место, где миллионы людей погибли.

Польские автобаны, Макдональдс и дорожная анархия
После исторической паузы маршрут продолжается через польские скоростные трассы. Оливер Август с радостью оценивает завтрак в придорожном Макдональдсе, а отец делится наблюдениями за местным трафиком и польскими водителями. Зрители увидят, как устроены польские развязки, круговые движения и пунктуальность работы платных участков. Несмотря на ограничение в 140 км/ч, автомобиль уверенно держит крейсерскую скорость 130 км/ч, что позволяет экономить топливо и безопасно маневрировать среди местных водителей, которые, по наблюдениям Игоря Шаститко, вообще не приспособлены к езде по правилам и всегда гоняют под 160-170 км/ч. Игорь Шаститко вспоминает своего коллегу-поляка из Майкрософта, который был капец каким гонщиком, и признается: если бы не сын, то и сам бы пролетел, как на старенькой СЛК в 2017 году, когда простоял всю ночь на границе.

Краков: авиационный музей, пробки и вечерний город
Приближение к Кракову оказывается не таким простым, как казалось: вместо скоростной окружной дороги путешественники попадают в плотный городской трафик с множеством светофоров и развязок. Игорь Шаститко не упускает случая прокомментировать машину с крутым пацаном на украинских номерах: пока вы воюете, вон 7414-й или какой-то ухилянд от Зеленского, дружбан Зеленского катается. Наконец, цель достигнута — Музей польского летничества (Muzeum Lotnictwa Polskiego). Вокруг музея кипит жизнь, выстраиваются очереди из таких же энтузиастов авиации. Несмотря на усталость от дороги, Оливер и Игорь Шаститко с интересом осматривают огромную экспозицию.

После музея силы начинают покидать юного путешественника, и принимается взвешенное решение пропустить Технический музей Кракова, чтобы сберечь ресурсы для будущих дней. Вечерний проезд по Кракову позволяет мельком увидеть архитектуру города, кирпичные постройки прошлого века и современные пригороды. Впереди — заслуженный отдых. Путешественники заселяются в отель сети Ibis, паркуя автомобиль на удобной подземной парковке. В завершение дня Игорь Шаститко обсуждает с сыном планы на Мюнхен, где Оливера уже ждет музей BMW с раритетными машинами и реактивными двигателями, которые использовали в первых немецких реактивных самолетах, а также океанариум.

Почему это видео стоит посмотреть?
Этот выпуск — идеальное сочетание семейного влогинга, автомобильного туризма, образовательного контента и острой политической критики. Он будет невероятно полезен для тех, кто планирует самостоятельные поездки по Европе на автомобиле, интересуется историей авиации, военной техникой и европейской инфраструктурой, а также хочет услышать непредвзятый взгляд на современные политические реалии — от мигрантов и шенгенских границ до войны на Украине и исторических параллелей с нацизмом.

Путевые Заметки, июль 2026, ч.1 — день 1й, поездка Пиештяны-Краков с заездом в Музей Авиации

Музей авиации в Кракове: от чехословацких спасателей до нелепого реактивного кукурузника

Продолжаем наше большое европейское автопутешествие Июль 2026! После долгой дороги из словацких Пьештян Игорь Шаститко и его сын Оливер Август наконец добрались до одной из главных целей первого дня — Музея польского летничества (Muzeum Lotnictwa Polskiego) в Кракове. Расположенный на территории бывшего аэродрома, этот музей встречает посетителей длинной взлётной полосой, уходящей вдаль, и огромной коллекцией техники под открытым небом и в ангарах.

Дальний ангар: планеры, спасатели и «летающий круг»
Прогулку путешественники начинают с самого дальнего ангара, где собраны планеры и лёгкие самолёты. На втором этаже этого же павильона расположена трогательная экспозиция спасательной и медицинской авиации. Здесь стоит чехословацкий многоцелевой L-2А «Мрава», который использовался в том числе как санитарный борт. Рядом — памятник погибшим пилотам спасательных служб со списком имён и мест катастроф: Зелёная Гора, Варшава, Чешин. Больше всего, как отмечает Игорь Шаститко, в польской спасательной авиации разбивались вертолёты Ми-2 и те самые «Мравы».

Особое внимание отец с сыном уделяют По-2 Поликарпова — знаменитому «ночному бомбардировщику», которого называли «ночными ведьмами». В Польше этот фанерно-деревянный биплан после войны до 1970-х годов использовался как санитарный самолёт: специально оборудованная кабина позволяла класть раненого и лететь в госпиталь, причём машине хватало всего 50 метров разбега, чтобы подняться с любого поля. Игорь Шаститко обращает внимание на огромные цилиндры старого звездообразного двигателя — тогда просто не умели делать компактные моторы нужной мощности, а бензобак у По-2 располагался прямо над карбюратором и топливо шло самотёком: переверни такой самолёт — и двигатель мгновенно заглохнет.

Настоящим хитом становится PZL-16 «Круг» — нелепый на вид сельскохозяйственный самолёт для опрыскивания полей. Поднятая высоко кабина, бак с химикатами сзади, характерные округлые очертания — Оливер Август прямо называет его «самым смешным самолётом в музее». Рядом — планеры, спортивные машины, дельтаплан и мотодельтаплан с подвесной кабиной, чехословацкий спортивный «Злин» 1972 года и мотопланер с лёгким двигателем для обучения: если пилот не нашёл восходящий тёплый поток от нагретой земли, можно включить мотор и спокойно вернуться на аэродром.

ORKA 300, первый польский вертолёт и кабина навигатора
Жемчужиной коллекции становится ORKA 300 — стильный четырёхместный самолёт с двумя толкающими двигателями и открывающимся вбок «купе» для заднего пассажира. Скорость 300 км/ч позволила бы долететь из Пьештян в Краков за час, жаль только, что панели управления здесь ненастоящие, а сам аппарат разобран. Рядом — машины для разгона планеров и специальная тележка с тросиком, которая позволяла запускать лёгкие планеры без буксирующего самолёта.

На улице, среди потрескавшейся бетонки старого аэродрома, стоит уникальный экспонат — первый польский экспериментальный вертолёт, построенный в единственном экземпляре, а также четырёхмоторный польский пассажирский самолёт для маршрута Варшава—Жешув. Из трёх построенных машин один разбился, один остался наземной лабораторией, и лишь этот экземпляр дожил до музейной экспозиции. Игорь Шаститко с гордостью показывает сыну кабину навигатора в самом носу — так раньше летали, чтобы не заблудиться в небе.

Дрон «Бельфигор» и реактивный кукурузник
Семья Шаститко запускает дрон «Бельфигор» для облёта, пожалуй, самого нелепого экспоната музея — реактивного биплана PZL-Mielec «Бельфигор» 1971 года постройки. Польские конструкторы взяли проверенный «кукурузник» Ан-2 и решили, что с реактивным двигателем он станет ещё круче. Получился странный гибрид с баками для опыления посередине фюзеляжа, помятым корпусом и снятыми лопастями. Игорь Шаститко шутит, что, возможно, его просто завалило ветром на хранении, но факт остаётся фактом — это один из самых необычных сельскохозяйственных самолётов в мире.

Советская и американская техника: гордость и «убогость»
Основная открытая экспозиция выстраивается в линейку советских истребителей: МиГ-15, МиГ-17, МиГ-23 с изменяемой стреловидностью крыла. Особое место занимает МиГ-29 — тот самый, который Польша сначала обещала передать Украине, а потом передумала и объявила, что отдаст его по музеям. Теперь он стоит в Кракове, демонстрируя сопла с изменяемым вектором тяги и форсажную камеру. Рядом — Як-40, Су-22, учебно-боевые варианты, а также набор из пяти поломанных штурмовиков с подвесными 23-мм автоматическими пушками в блоках по две штуки.

Игорь Шаститко не упускает случая пройтись и по американской технике. А-6 «Интрудер» и А-7 «Корсар» с их «крокодильими» формами вызывают у него откровенное недоумение: «Американцы никогда не могли делать нормальные самолёты, посмотрите, как такое вообще можно было сделать». Английский «Си Виксен» и «Вампир» соседствуют с советским Ил-28 — скоростным бомбардировщиком, который Ильюшин создал по мотивам немецкого «Арадо» и который мог нести ядерный заряд. Рядом — чехословацкая лицензионная версия Ил-2 (Avia), редкий Як-11 и совсем уникальный Як-23, в который вместо поршневого мотора просто воткнули реактивный двигатель. Игорь Шаститко объясняет сыну физику провала этой машины: у поршневого самолёта воздушный винт обдувал крылья, а у реактивного тяга уходит назад, крылья остаются без обдува — отсюда и плохая управляемость, и аварии, пока не появились нормальные МиГ-15 и Як-27.

Французский «Циклон» (Caudron C.714) вызывает у автора блога такую же критику: «убогенький французский самолёт», который немцы после захвата Франции использовали кто во что горазд. Шведский «Дракен» с его «летающим крылом» выглядит как инопланетянин, а американский F-104 «Старфайтер» получает нелестное прозвище «убийца пилотов» — из-за крошечных крыльев он плохо взлетал и ещё хуже садился. Шведский «Сааб» тоже попадает под раздачу за раздутый хвост и странные передние крылышки. Зато американский F-84 «Тандерстрик» — противник МиГ-15 и МиГ-17 в Корейской войне — поражает Оливера своими огромными размерами по сравнению с компактными советскими машинами: «Американцы никогда не умели делать маленькие компактные самолёты».

Немецкая коллекция, Ту-2 и обещанное мороженое
В отдельном ангаре — гордость музея: немецкие машины Второй мировой войны с характерным камуфляжем. Bf-109 «Густав» (более ранняя модификация, не «Эмиль»), польский PZL-11, PZL-26, английский «Спитфайр», который Оливер узнаёт по характерному передку, и знаменитый советский пикирующий бомбардировщик Ту-2. Рядом — реактивные послевоенные машины, памятник польским лётчикам, погибшим в борьбе с фашизмом, и огромная коллекция двигателей, включая маленькие первые реактивные моторы, которые сегодня кажутся игрушечными по сравнению с современными гигантами.

Завершается первая часть прогулки обещанием мороженого, которое папа всё никак не купит, и серией фотографий Оливера на фоне Ту-2, «Вампира» и Ил-2. Игорь Шаститко напоминает зрителям ставить лайки, писать комментарии и подписываться — впереди вторая часть прогулки по музею, облёты на дроне мимо линейки МиГов и посещение ещё нескольких ангаров. А впереди у семьи Шаститко — вечерний Краков, отель Ibis с подземной парковкой и планы на следующий день.

Путевые Заметки, июль 2026, ч.2 — день 1й, Краков, экскурсия по Музей Авиации — легкая авиация и ВМВ

Музей авиации в Кракове, часть 2: облёты на дроне, разгром американских «утюгов» и сокровищница двигателей

Продолжаем наше большое европейское автопутешествие Июль 2026! После осмотра первых ангаров Игорь Шаститко и его сын Оливер Август переходят к самой зрелищной части прогулки по Музею польского летничества — облёту знаменитой аллеи МиГов на дроне и посещению закрытых павильонов с уникальными экспонатами.

Облёт аллеи МиГов: от пятнадцатых до двадцать первых
Семья Шаститко находит укромную скамейку напротив длинного ряда советских истребителей и запускает квадрокоптер. Дрон поднимается на высоту около двадцати метров и начинает эффектный облёт линейки машин. В кадре оказываются МиГ-15 УТИ — учебно-тренировочные варианты с единственным оставленным пулемётом, боевые МиГ-15 бис с мощными 37-мм и 23-мм пушками, польские лицензионные версии Lim-1 и Lim-2, а также МиГ-17 различных модификаций — от базовых до PF с характерным радиолокатором в носовой части.

Особое внимание Игорь Шаститко уделяет МиГ-19 — первому сверхзвуковому истребителю, созданному путём установки двух двигателей в фюзеляж пятнадцатой модели. Скорость 1250 км/ч, характерный «кругляш» радара в носу — именно эти машины позже противостояли американским Фантомам во Вьетнаме и на Ближнем Востоке.

Дрон пролетает над аллеей МиГ-21 — самых массовых сверхзвуковых истребителей в мире. Зрители видят все модификации: от ранних PF с характерной откидывающейся на бок кабиной до более поздних МФ с «горбом» для дополнительного оборудования. Здесь же стоят тактические разведчики с контейнерами радиоэлектронной борьбы, учебно-боевые варианты с двойной кабиной и машины с уникальными полковыми эмблемами — «охотничьими» знаками перехватчиков. Игорь Шаститко объясняет сыну, что МиГ-21 создавался как перехватчик с тонким треугольным крылом для максимальной скорости, а его малые габариты делали машину невероятно манёвренной — в отличие от неуклюжих американских аналогов.

Рядом выстроились Су-7БМ, Су-20 с изменяемой стреловидностью крыла и учебные варианты с двойной кабиной. Завершает советскую линейку гордость музея — МиГ-23 с изменяемой геометрией крыла и МиГ-29, который Польша изначально обещала передать Украине, но потом передумала и решила раздать по музеям. Теперь этот великолепный истребитель с соплами изменяемого вектора тяги и форсажной камерой стоит в Кракове, а не гниёт где-нибудь на украинской базе.

Американская и западная техника: «летающие почки» и «создатель вдов»
Переходя к западным экспонатам, Игорь Шаститко не сдерживает критики. А-6 «Интрудер» и А-7 «Корсар» с их «крокодильими» формами вызывают у него откровенное недоумение: «Американцы никогда не могли делать нормальные самолёты, посмотрите, как такое вообще можно было сделать». Рядом стоит английский «Харриер» — самолёт с вертикальным взлётом, у которого сняты двигатели, но сохранены поворотные сопла. Французский «Мираж-5» с треугольным крылом выглядит куда элегантнее, а шведский «Дракен»-бесхвостка и вовсе похож на инопланетный аппарат.

Особую порцию критики получает F-104 «Старфайтер», прозванный «создателем вдов» (Witwenmacher). Из-за крошечных тонких крыльев он плохо взлетал, ещё хуже садился и постоянно разбивался. Рядом стоит F-5 «Тигр» — лёгкий истребитель, который выглядит куда симпатичнее своего гигантского собрата F-4 «Фантом». «Посмотри, какой он огромный по сравнению с тем же МиГом. Американцы никогда не умели делать маленькие компактные самолёты», — комментирует Игорь Шаститко, стоя рядом с F-84 «Тандерстрик» — противником МиГ-15 и МиГ-17 в Корейской войне. Английский «Си Виксен» и французский «Вампир» соседствуют с советскими машинами, но именно «Фантом» становится главным объектом разгромной критики.

Зал Фантома: «утюг летающий» и разгром американского авиапрома
В отдельном павильоне стоит одинокий F-4 «Фантом» — гигантская машина, которую Игорь Шаститко называет не иначе как «летающие почки» и «утюг». «Фантом считали хорошим самолётом, но в реальности он был плохим самолётом. Он постоянно падает — появился и сразу упал от любого манёвра», — безжалостно комментирует автор блога. Рядом с Фантомом стоит F-104 «Старфайтер» — ещё один неудачный проект с тонкими крыльями и неустойчивой колёсной базой, из-за чего пилоты постоянно гибли при взлёте и посадке. «Хотели сделать очень быстрый самолёт, а Советский Союз сделал МиГ-21, а они вот такое вот не пойми что», — резюмирует Игорь Шаститко.

Здесь же стоит МиГ-19 — именно эти машины, по словам автора блога, легко сбивали неуклюжие Фантомы во Вьетнаме. «Манёвр — это когда ты минимально делаешь вираж, а он виражировать не мог. Посмотри, это утюг летающий», — объясняет Игорь Шаститко сыну, показывая разницу в аэродинамике советских и американских машин. Рядом с Фантомом стоит Buick Riviera 1964 года — машина польского пилота, летавшего на Фантоме, что создаёт забавный контраст между уродливым самолётом и стильным американским автомобилем.

Зенитные комплексы и сокровищница двигателей
Следующий павильон посвящён зенитно-ракетным системам. Здесь стоят радиолокаторы в вращающихся будках, двухступенчатые ракеты С-75 «Двина», С-125 «Нева» и контейнеры от С-300. Игорь Шаститко показывает сыну, как работали эти комплексы: оператор сидел в будке, которая постоянно вращалась, а огромный радар передавал луч и сопровождал цели.

Настоящей жемчужиной музея становится зал двигателей — огромная коллекция силовых установок от разных эпох. Здесь висят звёздообразные моторы с огромными цилиндрами времён Первой мировой, немецкие Junkers Jumo 004 от «Мессершмитта-262», советские РД-45 (копия британского Nene), форсажные камеры, двигатели МиГ-17, МиГ-21, МиГ-23 и Су-15. Отдельно стоят моторы BMW 88, Junkers 88, Аргус, Альфа Ромео, Mercedes D от «Альбатроса».

Особое внимание Игорь Шаститко уделяет двигателю V2 — знаменитой фашисткой ракеты. Здесь же стоит компрессор от Фау, камера сгорания и сопло. Рядом — ракетный двигатель от планирующей бомбы Hs 293 и разгонный модуль для бомбардировщиков, который работал всего 30 секунд, но позволял тяжёлой машине взлететь с короткой полосы. «Смотри, сколько движков натырили», — восхищённо комментирует автор блога, показывая сыну разрезанные двигатели в полном размере.

Первая мировая война и сгнившие раритеты
В павильоне Первой мировой войны стоит полностью сохранившийся «Сопвич Кэмел» с характерными пулемётами перед кабиной. Рядом — советский тяжёлый бомбардировщик «Илья Муромец» конструкции Сикорского, летающая лодка Григоровича и остатки «Альбатросов» со снятыми двигателями.

В соседнем зале — настоящая «кладбищенская» экспозиция: сгнившие корпуса самолётов 1909-1910 годов, остатки немецкого «Хенкеля Не-5» с поплавками, прототип «Мессершмитта-209» — рекордного самолёта 1939 года, развившего скорость 755 км/ч. «Как он сюда попал и откуда взялся, никто не говорит», — удивляется Игорь Шаститко, показывая сыну остатки уникальной машины с облезшей обшивкой.

Польские самолёты и разгромная критика Украины
В центральном зале стоит польский «Орлик» — лёгкий учебно-тренировочный и штурмовой самолёт со скоростью 500 км/ч и двигателем 700 л.с. Игорь Шаститко с горечью отмечает, что именно такие машины сейчас были бы идеальны для борьбы с дронами-«Геранями» на Украине. «Сколько у тебя скорость? 500 км/ч. Типа что-то непонятное. А движок 700 лошадиных сил. Можно навесить подвесные баки и заниматься боями с беспилотниками», — объясняет он сыну.

Рядом стоит польская «Ирида» — учебно-боевой самолёт, аналог советского Л-29 «Дельфин». «То, что попилили, порезали и так далее в Советском Союзе, теперь бы очень пригодилось. Это тот самый Л-29 „Дельфин“, аэро, учебно-тренировочный, но он учебно-боевой, ему можно подвешивать контейнеры с вооружением, контейнеры с ракетами и вести бои. Их было только у Украины 500 штук. Их всех пустили на цветные металлы, на золото и так далее. Бесконтрольно выдирали всё, что попало», — с возмущением комментирует Игорь Шаститко, показывая сыну польский аналог machines, которые на Украине просто разрезали ради меди и алюминия.

Здесь же стоят чехословацкие «Искра» с характерными воздухозаборниками, «Аэро» — переделки немецкого «Шторха», и самодельные польские самолёты, которые энтузиасты собирали по 12-14 лет. Особое внимание привлекает экспериментальный «Белик» — машина с кабиной как у МиГ-29, но в миниатюре, созданная для проверки новых систем управления.

Усталость, мороженое и отказ от второго музея
К двум часам дня семья Шаститко понимает, что силы на исходе. «Мы прогуляли здесь больше 4 часов. И у нас уже просто нет сил», — признаётся Игорь Шаститко. Технический музей Кракова, который изначально планировался к посещению, остаётся непокорённым. «Надо покушать. А пока ты будешь кушать, это пройдёт ещё час, а музей в 5:00 вечера уже закроется. А сейчас уже два», — объясняет отец сыну, и Оливер Август соглашается пропустить вторую музейную программу ради мороженого.

У выхода семья фотографируется на фоне «Искр» и делает последние кадры. «Музей прикольный, нам понравилось. Особенно возможность ещё полетать на дронах и пофоткать с дронов, поснимать с дронов», — резюмирует Игорь Шаститко. Впереди — отель Ibis с подземной парковкой, вечерний Краков и планы на следующий день: Мюнхен, музей BMW с раритетными машинами и реактивными двигателями первых немецких реактивных самолётов, а также океанариум.

Путевые Заметки, июль 2026, ч.3 — день 1й, Краков, экскурсия по Музей Авиации — аллея МиГов и моторы